Пишу тебе Ника и плачу вся. Как могло такое случица? Не поверишь. Я щас в порту, скоро наш вылет в Австралию.

У нас же город маленький. Еслив по одной дороге ехать то город, а по другой – деревня. И еслив в городе с улицы Ленина или Карла Маркса в бок свернуть, то деревня тоже. Это урбанизация, так смычка города с деревней называеца.

В городе мене ловить нечево, че надо уже поймано. Вон сидит провожает, глаза в кучку закатывает. Я поэтому другой конец выбрала.

Города нашево. Мы там сельское хозяйство для магазинов выращиваем.

Я же, Ника, раньше могла быть музыкантом весьма популярной, но судьба по-другому распорядилась. На пианине моя душа токо два занятия вынесла. Но руки остались сильными и музыкальными.

А тут жор на мене напал. Я с работы шла. Не подумай што голодная. Печальная просто. Смотрю, жор на мене летит, кабеляка кавказская. Ну все думаю, щас последние колготки порвет, сука. Поэтому нас как учили што нападение лучшее средство защиты, то я ево за пасть сама поймала и внутрь ему плюнула. Еслив кабелю или жывотному в рот плюнуть, то он твой на веки. И жор понял. Он тогда в самом деле бежал Нинкину болонку порвать. А тут я ево.

Мене в городе и так все знают, а как председатель про жора узнал, то к себе вызвал. Моя карьера резко в гору пошла. Он мене на курсы жывотноводов послал. Сказал, у тебе получица, потому што жывотные тебе бояца и уважают. Ника, у мене дома даже кошка на чужих бросаеца, токо не лает.

Ну вот. Я курсы закончила, нас научили повязку на изранетое жывотное накладывать и их осеменять. Ника, у них наглядных экспонатов не было. Но нам один показали. Макет свиноматки в действии. Этот самец свиной заходит, на ее залазит, а там внизу банка для семенного материала, ее потом замораживают и нам отдают.

А мене на коров выучили осеменять. Макета коровы у них не было, но быка настоящево показали. На троих цепях сидел. Одна на рогах, одна на шее и одна из кольца в носу. Ника, он такой высокий и симпатичный. Я с им сфоткалась верхом на память. Но ево коровы макет наверно очень большой или засекреченый. А может как у наших мужиков надувной из резины. Не знаю. Мне уже все готовое откуда-то привозили.

Ника, осеменатором быть хорошо, он у нас после агранома и зоотэхника первый в городе человек. Мене коровы любют, льнут, токо одна попалась падла брыкастая, зубы мене сверху выстеклила. Но я другие вставила, как у голивуда. А она яловая осталась, дура камолая.

К нам все время экскурсии приезжают по обмену передовым опытом. И раз из Австралии приехали с диктором на ихний с нашево. Вот мене их водить поручили. Я им про передовую корову рассказывала. Скажу, а она им – бла бла бла вау толмачит. Тут один австралиец не сдержался и говорит:

- Та як би мени оця корова давала за день пьять видер молока, то я б ии в сраку розцилував би! А так стерво доиться як коза – и за що я ии годувати мушу?*

Кто бы мене туды поцеловал – я тогда подумала. Оказалось што в слух. Вот так мы с Ником и снюхались. Запал на мене. Он австралиец с херсону, у них такой город там. Он еще кенгур разводит и страусов, так што мене работа будет по спецальности.

Ника ты спросишь, а Васька как? А че Васька. Я ж ево коло ворот подобрала. Он к Нинке тогда два двора не дополз. Гляжу, в канаве добро с кулаками валяется, синяк под глазом на всю морду. Взяла себе. Щас нас с Ником – Колькой проводит и может вечером до Нинки доберется. Она рада будет. Не пропадет! У нас любой мужик, еслив еще стоять может на ногах или на другом, то на вес золота.

Ну пока, Никачка, устроюсь, напишу! Ты ко мне приедешь?

..............

*Еслив бы мене корова давала за день 5 ведер молока, то я б ее в жопу цыловал бы! А так, сволочь, доится как коза и за што я ее, блять, кормить буду? (перев. с австралийского)