Автор: Самойлов

Давай закурим, товарищ, по одной

 
31.01.2017 Раздел: проза Перейти к комментариям ↓
 

Давай закурим, товарищ, по одной

История эта произошла в нашем городишке лет тридцать тому назад. Сегодня об этом уже мало кто помнит, и лишь непосредственные участники событий да их ближайшие родственники рассказывают о случившемся своим детям и внукам на каких-нибудь семейных торжествах или праздниках, по случаю которых вся родня собирается за общим столом.

В те далёкие времена, скандал, учинённый двумя молодыми жителями нашего городка, громыхнул на всю область, даже в газетах писали. Но сейчас, та выходка двух советских хулиганов не может восприниматься иначе, кроме как с улыбкой на лице, переходящей в гомерический хохот. Хотя тут ведь тоже от личности всё зависит: кто-то может быть и плеваться начнёт, а кто-то даже слезу пустит. Только с одним уж никак не поспоришь: то, что двое закадык натворили тридцать лет назад – это действительно интересно.

Итак, возвращаясь в давно минувшее прошлое, мы находим обоих виновников торжества прогуливающимися по асфальтированным дорожкам больничного комплекса. Не спеша петляя между больничными корпусами, выкрашенными в тоскливый жёлтый цвет, друзья весело о чём-то переговариваются:

- Слышь, Серёг, пошли вон на ту лавочку. Посидим, покурим, портвейна грохнем, - предлагает своему товарищу огромный краснолицый детина, указывая на деревянную наборную лавку, брусья которой покрыты уже облупившейся зелёной краской.

- Андрюх, давай я сначала к мамке заскочу, а потом уже по портвейну, - отзывается его более низкорослый, но тоже крепкий и широкоплечий друг.

Оба залезают на лавку прямо с ногами и, усевшись на её высокой, изогнутой спинке, закуривают.

- Пацаны рассказывали, что тебя на днях в ментуру загребли, опять что ли схлестнулся с кем-то? – посмеиваясь и пыхтя папироской, интересуется Андрей.

- Не, там не так всё было. Попёрся пьяный к Маринке. А я ж рано-то не хожу. Зашёл в подъезд, там ещё одна дверь, ну знаешь – тамбурная. Ну я толкаю – не открывается. Темно, ничё невидно. Меня переклинило, я давай её ногами вышибать, спьяну не дошло, что надо за ручку дёрнуть.

Андрюха раскатисто хохочет и вставляет свой комментарий:

- Серый, ты как в том анекдоте: Доктор, каждую ночь мне снится один и тот же сон. Я стою перед дверью, на двери табличка, я толкаю, а она не открывается. Доктор спрашивает: А что на табличке написано?.. На себя!

Теперь окрестности оглашает хохот обоих.

- Вот и ты так же. Чё дальше-то было?

- Ну, чё, чё. Вынес я эту дверь. Как-то так получилось, что она аж с петель слетела. Жители ментов вызвали.

- Ну и чё теперь будет?

- Да ничё. Батя договорился.

- Серый, тебя постоянно, то батя, то мамка ото всюду вытаскивают, если б не они, тебя бы уже закрыли, наверное.

Снова слышится общий смех.

Мимо ребят, быстро шагая, проходит мужчина в коричневой осенней куртке, накинутой на плечи поверх белого халата. Мужчина осуждающе смотрит на громко гогочущих весельчаков, нагло топчущих грязными сапогами сидение лавки. В ответ, ни капли не смутившись, парни уставились на него своими хулиганскими рожами. Для пущего эффекта Андрюха перекидывает папироску из одного угла рта в другой. Так и не решившись сделать замечание вслух, медработник отводит глаза и вскоре исчезает в дверях одного из корпусов больницы.

Диалог продолжается:

- Андрюх, ты со мной пойдёшь или здесь будешь ждать? – интересуется у друга Серёга, вставая на лавке во весь рост.

- Конечно с тобой, попроведаю Наталью Петровну, - отвечает Андрюха, тоже поднявшись.

Спрыгнув с лавки, друзья возобновляют своё неторопливое шествие.

- Нам куда? – спрашивает Андрей.

- Восьмой корпус, - указывает Серёга на стоящее впереди громоздкое, четырёхэтажное здание.

Зайдя в фойе, ребята сразу же направляются к гардеробу, чтобы сдать свои куртки. Гардероб оказывается закрытым.

- А нам бы раздеться, - обращается Серёга к сидящей неподалёку грудастой бабульке с рыжими курчавыми волосами.

Ощупывая через карман бутылку портвейна, припрятанную у него за пазухой, Андрюха приветливо улыбается.

- Здрасьте, - произносит он.

- А вы к кому? – строго интересуется бабка.

- А у меня мама здесь лежит, на втором этаже, двенадцатая палата.

- Вы идёте, не знаете, что часы посещений с пяти до семи? Вон расписание читайте!

- А сейчас время сколько? – спрашивает Сергей.

- Сейчас три, через два часа приходите, раздену.

- Пошли, - обращается Сергей к другу, и они уходят.

- Ну, теперь-то уж можно и бухнуть, - снова предлагает Андрей, - не будем же два часа просто так шарахаться.

- А, давай! – соглашается Серёга, - пошли тогда на ту же лавку, там вроде тихо.

- Ага, там к нам уже привыкли.

Рассмеявшись, ребята берут обратный курс.

Вернувшись и устроившись на лавке по первоначальному принципу, друзья начинают попойку, перемежая короткие прикладывания губ к зелёному горлышку бутылки с весёлой и грубой болтовнёй.

Довольно быстро приговорив спиртное, парни решают немного пройтись. Смоля папиросками, они снова отправляются блуждать по засыпанным сухой листвой улочкам.

- А там что? – спрашивает Андрюха, имея ввиду невысокое, одноэтажное здание похожее на барак.

Глядя на это строение, возникает впечатление, что какая-то его часть ушла под землю, на поверхности же остались только последний этаж и двускатная крыша. Окна расположены низко, буквально в полутора метрах от фундамента. Заглянуть в них не составило бы никакого труда.

- Это морг вроде бы, - отвечает Сергей.

- О-ба! Пошли поближе подойдём, посмотрим, - загорается Андрюха.

- Пойдём, - поддерживает Серёга.

Подойдя, друзья прохаживаются вокруг здания и заглядывают в покрытые пылью, давно немытые окна. Из-за полумрака внутри помещения и грязи на стёклах им почти ничего не видно. Дверь, разделяющая морг на две равные части, заперта навесным замком.

- У них тут тоже, наверное, часы посещений с пяти до семи, - острит Андрюха, дёргая замок.

- Может залезем? – смеясь, предлагает Серёга, - интересно же на жмуриков глянуть.

- А как залезем-то? Стекло если только выставить, - рассуждает Андрюха.

- Давай сначала замок сорвать попробуем. Он небольшой, может получится.

Разделившись, парни отправляются исследовать ближайшие клумбы и газоны на наличие предметов, которые можно было бы использовать для взлома.

- Серёга! – зовёт друга Андрей, и когда тот откликается, машет ему обрезком стального прута.

Улыбнувшись, Серёга кивает головой в сторону морга, и через несколько секунд друзья снова стоят у двери. Редкие прохожие не особо обращают внимание на парней. Подозрений они не вызывают. Молодёжь болтающаяся по территории больницы – явление обычное и привычное.

Осмотревшись, Серёга говорит:

- Андрюх, ты у нас кабан здоровый, так что давай, а я пока по сторонам поглядывать буду. Если чё, говорим, что мы санитары, ключи потеряли, а как будет возможность, сразу когти рвём.

Орудуя прутом как фомкой, Андрюха что есть мочи рванул. Дужка поддаётся, но из замка не выскакивает. Ещё один рывок, и с лязгом дужка окончательно высвобождается из внутреннего механизма замка.

- Добро пожаловать! – довольно улыбаясь, произносит Андрей, вытягивая дужку из проушин.

Ещё раз воровато оглянувшись, парни быстро проникают во внутрь и прикрывают за собой дверь. В этот момент на пульт дежурного поступает сигнал - сработала сигнализация. Определив откуда идёт тревога, работники милиции предполагают, что скорее всего медперсонал допустил какую-то ошибку при открытии дверей в помещение морга. Но на всякий случай одному из патрулей, находящемуся на выезде, даётся указание сделать формальную проверку. Естественно, что те не торопятся.

Тем временем, наши герои осматриваются. Внутри морг состоит из двух помещений. Оказавшись в одном из них – том, что побольше – друзья сразу же начинают любопытно озираться по сторонам. В двух метрах направо от входа расположен проём, занавешенный широкими эластичными лентами, свисающими до самого пола и по виду напоминающими полупрозрачную резину. Видимо там, за этим необычным занавесом, покойники, так заинтересовавшие наших друзей, и ожидают своей дальнейшей и вполне предсказуемой участи.

- Жмурики, наверное, там, - произносит Серёга, указывая на проём, ведущий в соседнее помещение.

- Наверное. Пошли посмотрим, - предлагает Андрюха.

- Нет. Давай, чтобы быстрее было, ты пока здесь всё проверишь, вдруг чё-нибудь интересное найдёшь, а я туда пойду. Потом придёшь посмотришь.

- Ладно.

Друзья разделяются: Андрюха остаётся, Серёга уходит в сторону проёма ведущего непосредственно к трупам и, раздвинув занавески похожие на огромные, мягкие жалюзи, исчезает за ними.

Произведя обследование окружающей обстановки, Андрей не обнаруживает ничего интересного и полезного: пара письменных столов, заваленных грудами каких-то бумаг и папок, вешалка с белыми халатами, несколько шкафов, в которых стоят всё те же папки и журналы учёта. Проверив шкафы и заглянув в ящики столов, Андрюха решает, что больше терять времени не стоит и уходит вслед за другом в соседнюю комнату.

Внутри комнаты, по правую и левую стороны от входа, стоят два прозекторских стола, отделанных белой кафельной плиткой. Внешне столы напоминают саркофаги. На одном из них лежит тело накрытое простынёю. В углу, у изголовья стола с покойником, стоит белый металлический шкаф со стеклянными дверцами.

Хозяйничая у небольшого квадратного столика с хирургическими инструментами, Серёга заинтересованно вертит в руке ножницы с тупыми, сильно изогнутыми концами. Услышав шорох занавесок, он поднимает глаза и, улыбаясь, подзывает Андрюху к себе.

- Нашёл чё-нибудь? - спрашивает он, когда Андрюха подходит.

- Ерунда. Одни бумажки какие-то. Здесь-то всяко поинтереснее будет, - ухмыляясь, произносит Андрюха, и парни, громыхая медицинской сталью, принимаются любопытно перебирать и рассматривать сверкающие хромовым покрытием инструменты.

Выбрав себе на память пару ампутационных ножей, и, сунув их за голенища сапог, они переходят поближе к окну, рядом с которым на массивной, продолговатой тумбе лежит покойник. Друзья становятся по обе стороны от его головы, и Серёга недолго думая, срывает покрывало. Это мужчина; не слишком старый – лет 50-55; выражение лица такое словно он просто спит, только цвет кожи заметно бледнее, чем у живого человека. Парни задумчиво вглядываются.

- Слышь, Андрюх, если бы ты узнал, что прямо сейчас умрёшь, что бы ты сделал перед смертью? – философски спрашивает Сергей.

- Не знаю, покурил бы, наверное, - отвечает Андрюха, сводя всё на шутку.

- Ха! А это идея! – восклицает Серёга и достаёт из кармана пачку «Беломорканала».

Вытянув из пачки папиросу, он уверенным жестом вставляет её меж ледяных губ покойника. Согнувшись пополам от смеха и громко топая ногами по полу, Андрюха зигзагами отходит от стола. Улыбаясь, Серёга достаёт папиросу для себя.

- Давай закуу-рим, таваа-рищ, по одной, - мурлычет он себе под нос припев знаменитой фронтовой песни и чиркает спичкой о коробок.

- Давай закуу-рим, тавааа-рищ мой! – подхватывает Андрюха, и холодные стены морга сотрясает звон циничного хохота.

Товарищи закуривают. Покойнику огня не дают, папироса в его посиневших губах так и остаётся незажжённой.

Выпуская папиросный дымок, Андрюха щурит глаза и пристально всматривается в стеклянную дверцу металлического шкафа, стоящего в углу неподалёку. Сразу же понять, что спрятано в шкафу не получается, но судя по очертаниям - предмет интересный.

- Ну-ка, ну-ка, - бормочет Андрюха, подходя к шкафу и начиная догадываться, что его там ожидает.

Открыв стеклянные дверцы, Андрюха с возгласом восхищения достаёт с полки большую, литров на десять, прозрачную банку с широким горлом. Из банки на него таращится, плавающий в растворе формалина, уродливый младенец. Лицо его обезображено большой прорезью, расположенной в самом  центре. Внутри прорези видны два плохо сформированных, подёрнутых бельмами глаза. Над верхним краем лицевой щели, в аккурат между глаз, нависает большая, круглая шишка. Выглядит она так, как будто её туда кто-то приклеил. Нос полностью отсутствует, не видно ни малейших его признаков, нет даже ноздревых отверстий. Рот вполне обычный, разве что губы тёмно-серого цвета. Всё остальное тело, вместе с руками и ногами, покрыто морщинами и складками. От самого горла, вниз идёт большой, грубый шов, в области паха разделяющийся надвое и упирающийся в правое и левое бёдра. Судя по некоторым признакам нижней части тела – младенец явно мальчик.

- Ого-го! Поздравляю, вы стали папой, - ухмыляется Андрей и протягивает банку с уродцем Серёге.

- Не, не, не, отец явно не я, - отнекивается Серёга, приняв у Андрюхи банку и внимательно изучая её содержимое, - ничего общего.

Парни громко смеются.

- Но мы можем его усыновить, - снова шутит Серёга, слегка встряхнув банку, - короче, надо сваливать, а этого бродягу с собой заберём.

Осторожно приоткрыв дверь и осмотрев улицу, друзья не спеша выходят из морга. Более крупный по комплекции Андрюха забрал банку себе и старается держать её так, чтобы руки максимально закрывали прозрачные стенки. Не успели парни отойти и на несколько метров, как вдруг – а именно так всегда и бывает – сзади к ним подкатил милицейский УАЗик. Из резко затормозившей машины, выпрыгивают люди в форме и быстро преграждают дорогу растерявшимся хулиганам. Оказавшись между двумя серьёзно настроенными милиционерами и их патрульной машиной, друзья видят, что бегать не имеет смысла и, спокойно остановившись, готовятся отвечать на вопросы. Они понимают, что попались.

Обстоятельства сложились таким образом, что в тот момент, когда наши любопытные приятели уже собирались покинуть заинтересовавшее их учреждение, неподалёку, возвращаясь в управление, проезжал тот самый патруль, которому было дано указание провести проверку и выяснить почему сработала сигнализация. Свой путь патрульные решили проделать через больничный городок.

- Кто такие? Откуда идёте? – интересуются патрульные, хотя и так всё ясно.

- Да так, гуляем, - отвечает Андрюха с еле заметной, ехидной улыбочкой на физиономии. 

- Гуляете значит. Ну-ну. Это чё у тебя? – спрашивает милиционер, подойдя и уставившись на банку в руках Андрея.

- Это приятель наш, - отвечает Серёга, не дав Андрюхе даже рта открыть.

Ухмыляясь, друзья переглядываются.

- А ты у нас остроумный значит? – замечает милиционер, на лице которого не дёрнулся ни один мускул.

С каменным выражением милиционер смотрит Серёге прямо в глаза и предупреждает:

- Сейчас мы вас вместе с вашим приятелем отвезём куда следует, там уже не до шуток будет. В морг вдвоём залезли? – спрашивает он тоном, не располагающим к новым остротам.

Хотя Андрей и Серёга были ребятами не из робкого десятка и уже неоднократно имели стычки с милицией, тем не менее, они никогда ничего из себя не корчили и вины не отрицали, тем более, что их хулиганские выходки больше носили характер, в сущности, безобидных пьяных дебошей, а не по-настоящему опасных преступлений. Вот и в этот раз, выслушав предупреждение и поняв, что его остроумия сейчас никто не оценит, Серёга решил по-быстрому и без лишних слов рассказать всё, что касается случившегося:

- Ну да, вдвоём, - хмуро отвечает он.

- Этого там прихватили? – задаёт очередной вопрос сотрудник, имея ввиду уродца в Андрюхиных руках.

- Да.

- И на хрена он вам только понадобился? Что ещё взяли?

- Инструменты.

- Какие ещё инструменты?

Ничего не объясняя, Серёга наклоняется и вытаскивает из-за голенища ампутационный нож, который собирался оставить себе в качестве сувенира. Внимательно наблюдающий милиционер напрягся и слегка подался назад. Его напарник, всё это время стоявший поодаль, ещё крепче схватился за свой АКС. Взявшись пальцами за лезвие, Серёга протягивает рукоятку ножа милиционеру.

- На капот положи, - требует милиционер, продолжая внимательно следить за каждым движением Сергея.

Развернувшись, Сергей подходит к машине и осторожно кладёт нож на синий капот.

- У тебя тоже? – спрашивает милиционер у начавшего скучать Андрюхи.

Андрюха молча вручает банку с анатомическим препаратом Серёге и нехотя сдаёт своё оружие.

- Всё, или ещё что-то? – звучит очередной вопрос.

- Всё, - отвечают парни практически в голос.

Милиционер подходит к ним ближе.

- На землю поставь, - обращается он к Серёге.

Сергей ставит стеклянную банку себе под ноги. Милиционер быстро ощупывает его куртку и, не найдя в складках одежды ничего подозрительного, проделывает ту же самую процедуру с Андрюхой. Убедившись, что парни не припрятали в карманах ничего лишнего, милиционер отходит и даёт указание своему напарнику:

- Ты пока здесь, с ними постой, а я пойду проверю, что там точно никого не осталось. И повнимательнее!

Милиционер уходит.

- От машины отошли, - адресует парням своё требование, оставшийся в одиночестве напарник, и меняется с ними местами, предпочитая держать их подальше от холодного оружия, лежащего на капоте. Уродливый младенец в рассоле стоит на земле.

Показавшись через пару минут и подойдя быстрым шагом к машине, первый милиционер сразу же набрасывается на ребят:

- Придурки, вы зачем мужику папиросу в рот затолкали?

- А чтобы все видели, что курение опасно для жизни. Минздрав предупреждает! - не выдерживает Серёга и снова принимается за шутки.

- Для жизни опасно быть таким дебилом как вы! – урезонивает его милиционер.

- А чё случилось-то? Какой ещё мужик? – подаёт голос напарник.

- Да эти дебилы покойнику папиросу в рот вставили, - объясняет тот, что побывал в морге.

Поняв о чём речь, напарник лыбится и с интересом смотрит на ребят, те чувствуют себя популярными.

- Хорошо ещё хоть папиросу поджечь не догадались, - размышляет вслух главный, а затем обращается ко второму, - ладно, свяжись с дежурным, пускай пришлют сюда кого-нибудь, а этих клоунов пакуем и в управу.

Тыча коротким стволом своего автомата в банку стоящую на дороге, напарник отдаёт пацанам приказ:

- Этого хватайте и в машину, - отчеканивает он и открывает парням заднюю дверь.

Подняв с земли свою стеклянную ношу, Андрюха залезает в кабину, Серёга ныряет следом.

- С ними сядешь, - говорит своему напарнику старший и, забрав с капота ножи, садится за руль.

Тронувшись, водитель решает немного срезать дорогу до главных ворот и загоняет машину на газон. От удара передних колёс о невысокий бордюр, проходящий по периметру газона, пассажиров резко встряхивает и банка в руках Андрюхи слегка задевает металлическую часть в конструкции спинки переднего сидения. На стеклянной поверхности образуется небольшая трещина, через которую начинает сочиться раствор формалина. Раздражая слизистые оболочки глаз и дыхательных путей всех, кто находится внутри, едкий запах быстро заполняет кабину. Милиционер сидящий за рулём открывает форточку. Благо ехать недалеко, и вскоре патрульный УАЗик скрипит тормозами у здания управления МВД, которое даже можно видеть из окон некоторых корпусов больничного городка. Все четверо, чихая и захлёбываясь соплями, вываливаются из распахнутых дверей…

Во время процедуры допроса, в кабинет врывается заполошный начальник санитарной части и с криками накинувшись на задержанных, обвиняет их в том, что они испортили редкий и важный для науки и медицины материал. Затем, успокоившись и подписав нужные бумаги, он убирается прочь, прихватив с собой своё медицинское имущество.

Парни же за всё про всё получили по одному году условно. Возможно, на такое решение суда повлияли положение и связи Серёгиного отца, которому в очередной раз пришлось краснеть и просить за сына.

Так и закончилась эта абсолютно правдивая история, ставшая в очень узких кругах нашего провинциального городка чем-то вроде легенды. Главным же её героям сейчас уже слегка за 50; у них у самих есть взрослые дети, а у Андрюхи даже маленькая внучка. Они по-прежнему крепко дружат и не смотря на все предупреждения Минздрава, всё так же много курят.

Самойлов П.С. 02.12.2016 – 21.12.2016

 
 


Комментарии (1)     Рецензии (0)

1
 


#3273387 01.02.2017 17:13 ХЛМ

как мы с поцыками кострики жгли и гуляли по моргам(с)

1


Чтобы оставлять комментарии вы должны авторизироваться