Автор: prosper

Точка

 
19.05.2017 Раздел: проза Перейти к комментариям ↓
 

 

     И тут Лика спросила:

     - А у тебя есть что-нибудь сладкое?

     Петров уже дремал, не сразу понял, что от него хотят. Он поднял голову с подушки и приоткрыл глаза.

     - Сладкое, – повторила Лика. – Я после этого дела ужасно хочу что-нибудь сладкое съесть.

Она лежала рядом, на спине, и в профиль смотрелась изумительно. Почему-то раньше Петров этого не замечал.

     - Сладкого? – пробормотал он. – Не знаю. На кухне есть сахар в банке…

     - Ты кролик, - сказала Лика.

     - Почему? – спросил Петров.

     Он чуть было не брякнул «с хуя ли», но успел переключиться.

     - Потому что у тебя розовые глазки и острые зубки. Ты мне ужасно соски искусал. Не смотри так, кролик, - сказала Лика. – Я пошутила. После этого дела я становлюсь очень нежной и смешливой.

     Петров взял с тумбочки сигареты и закурил. Лика, подвывая, потянулась. Петров услышал несколько щелчков в суставах. А сколько ей лет, кстати? – подумал он.

     - Хочу сладкого! – сказала Лика жалобно.

     Петров выдохнул дым и слез с кровати.

     - Схожу в магазин, - сказал он. – Что взять?

     - Большую молочную шоколадку с орехами и пироженки «Орион чокопай». Знаешь такие?

     - Разберусь, - сказал Петров. – Где мои трусы?

     Он ходил по комнате. Потом встал на четвереньки и заглянул под кровать. Там поверх слоя пыли лежал использованный презерватив. Трусов не было.

     - Может, в ванной? Ты оттуда голенький пришёл, - сказала Лика.

     Петров заглянул в ванную. Трусы валялись на полу. Он их натянул и посмотрел на себя в зеркало. И правда, похож на кролика; веки будто жеваные. Не мешало бы и побриться. Он почесал подбородок и вышел. Лика с кем-то разговаривала. Петров прислушался.

     - Давай часиков в восемь. У подъезда.

     Петров зашёл в комнату и стал, молча, одеваться.

     - Хорошо, созвонимся. Целую.

     Петров застегнул джинсы, натянул свитер.

     - Муж? – спросил он.

     - Мужу ещё рано меня искать, - ответила Лика. – Часа через три с половиной начнёт. Но не начнёт. Я уже дома буду.

     - Ясно, - пробормотал Петров.

     - Это сестра звонила. Едем завтра на кладбище. У матери годовщина.

     - Так это, может, вас отвезти? – сказал Петров.

     - Зачем? Мы и так на машине поедем.

     - Ладно, я сейчас приду.

     - Давай, кролик, а я в душ схожу.

     Лика откинула одеяло и ещё раз потянулась. У неё был плоский, подбритый с двух сторон лобок.

Петров оделся и вышел на улицу. У двери парадной сидела  рыжая кошка. Он пустил её внутрь. Падал мокрый снег. Петров закурил и накинул капюшон. Магазин находился в конце улицы. Петров шёл и думал о Лике. Всё началось два месяца назад. Он зашел в отдел кадров, взять выписку из трудовой. Лика оказалась новой кадровичкой. Старая ушла в декрет.

- А выписка вам зачем? – спросила Лика.

- Для загранпаспорта, - ответил Петров.

- Куда поедете?

Он пожал плечами.

- Пока не знаю, отпуск не скоро еще. Подумаю.

- Я в Барселону хочу. Бывали в Барселоне?

О чем-то поболтали и Петров ушёл. Лика была не слишком красивая, но и не дурная, обычная. Блондинка, на вид лет тридцать, стройные ноги. Если подумать, очень даже ничего. Петров был в разводе. Четыре месяца без женщины. Вечерами включал порно, фоном группу «Slayer» или «Death» и ублажал себя. Хотелось нормального женского тепла и ласки. Но о Лике в этой связи почему-то не подумал. Ему больше нравилась баба из бухгалтерии, миниатюрная брюнеточка, с третьим номером. Но та однажды внезапно уволилась. На её место пришла тётка, похожая на ворону.

     В следующий раз Петров встретил Лику спустя почти месяц, на проходной, по пути с работы. Кивнул ей и пробормотал что-то вроде «здрсть».

     - Получили паспорт? – спросила Лика.

     - Скоро получу, - ответил он.

     На улице была метель. Петров предложил подвезти до метро. Лика забралась на переднее сидение его старенького «Фольксвагена». По дороге опять о чём-то болтали. Может, о путешествиях? Но Петров вдруг почувствовал, что эта баба может заменить ему песни «Slayer» и гэнгбэнги с Адрианой Чечик. Он проехал мимо метро и довёз её до дома. 

     - Я бы вас пригласила, но муж этого не поймёт, - сказала Лика, вылезая из машины.

     - Ого! – сказал Петров. И подумал: «Муж».

     Но вечером он неожиданно для себя разыскал её страницу во «вконтакте» и втихаря изучил. Информации было мало. Ни возраст, ни семейное положение не указаны. Несколько фотографий. Три десятка песен - какая-то танцевальная фигня. Лика была он-лайн. Петров подвинул курсор к кнопке «добавить в друзья» и нажал клавишу на мышке. Внутри у него слегка похолодело. Он подумал, что Лика не примет заявку. Или примет, но они так ничего друг другу и не напишут в итоге. Петров не знал, что написать. Ничего кроме унылого «привет» он придумать не мог. Но этого внезапно оказалось достаточно. Лика ответила, что кажется, простудилась. Петров послал грустный смайлик и посоветовал выпить крепкого алкоголя и надеть на ночь шерстяные носки. Лика написала, что уже так сделала. Они переписывались битых два часа. А потом Петров всю ночь не мог уснуть, в голове будто радио включилось. Он вспоминал всё, что написал Лике, и каждая фраза казалось идиотской. Петров представил, как зубами стягивает с неё трусы. Эта фантазия тоже была идиотской. Он ворочался, комкая простынь, садился на кровати, курил и пытался унять возбуждение, азарт и смущение.

Утром Петров послал Лике два смайлика, поцелуйчик и смущенную мордочку. Её не было в сети. Он немного подождал. Потом поехал на работу. Вечером, вернувшись, Петров зашел во «вконтакт» и увидел сообщение от нее, смайлик, в виде довольного личика, с розовыми щечками. Петров спросил, как здоровье. Лика ответила, что простуда лёгкая, больничный решила не брать. Опять о чем-то переписывались больше часа. Петров бомбардировал её смешными картинками и песнями. Кажется, ей всё нравилось. Она отвечала смайликами, потом тоже прислала пару песенок, хуже некуда. Но Петров написал, что песни офигенные и добавил одну их них в аудиозаписи. Подумал, что Лика это увидит и оценит. Так и пошло. Они стали переписываться каждый вечер. Петров пригласил её на выходных куда-нибудь сходить. Но Лика отказалась. Конечно, муж ведь, подумал он.

     За пару дней до нового года на работе был корпоратив. Директор выставил ящик шампанского и уехал. Хватало и другого алкоголя. Лика пила красное вино маленькими глотками и улыбалась. Петров закинул в себя несколько рюмок «Царской». Лика поставила бокал и вышла в коридор. Петров догнал её у двери туалета, прижал к стене и стал целовать в шею. Она не сопротивлялась и не отвечала. Но вдруг сказала:

     - Ты женат.

     - Я женат? – Петров отстранился. – Ты чего?

     - А вы все всегда женаты, - сказала Лика, ухмыляясь.

     - Я не женат, - сказал Петров. – Хочешь проверить?

     - Как, интересно?

     - Поехали ко мне сейчас прямо.

     - Пусти, - сказала Лика. – Увидят.

     Она была пьяна.

     Петров вернулся назад. А Лика так и не появилась. Выпив ещё пару рюмок, толком не опьянев, он немного потанцевал с бухгалтершей, похожей на ворону, под песню Григория Лепса, и потихоньку свалил. Потом была тишина. Они ничего не писали друг другу. Петров стыдился и злился одновременно. Стыдился того, что полез к ней пьяными, сальными губами. Злился, что она его так сухо отодвинула. В этом было противоречие, конечно.

     Новый год он встретил в одиночестве. Выпил шампанского, поел, купленный в «Ашане» салат оливье, у которого был легкий запашок половой тряпки. Когда били куранты Петров придумал неловкое желание: «Пусть у нас всё будет хорошо». На улице стали хлопать петардцы. Он сел за компьютер, включил Exodus и ролик с Адрианой Чечик. Ничего не получалось. Музыка раздражала. Адриана была похожа на слабоумную. Петров открыл «вконтакт» и долго пялился на свою страницу. Собственная фотография на аватаре показалась ему глупой и самодовольной. Стоит за открытой дверью своей машины, положив локоть на крышу. Кретинские солнцезащитные очки на постной роже. А кто фотографировал, кстати? Вроде, бывшая жена. Петров щелкнул по фотографии и удалил её. Потом зашёл в сообщения. Лика заходила сорок минут назад. Может, поехала с мужем на площадь смотреть салют? Или он решил её отодрать под «голубой огонёк»? Или они просто доедают домашний оливье и готовятся лечь спать? Петров написал: «Лика, поздравляю, тебя с Новым годом, желаю всего самого наилучшего. Прости, что так получилось». Отправил и тут же почувствовал, что послание получилось хуже некуда. Самого наилучшего? Что это вообще такое? К тому же, в слове «наилучшего» потерялась буква «а», получилось «нилучшего». Петров отправил вдогонку первому сообщению исправление и быстренько закрыл страницу. Ему вдруг захотелось, чтобы Лика вообще никогда не прочитала это сообщение. Или чтобы у неё случилась амнезия, и она забыла о том, кто такой Петров. И прочитав, подумала: «Алё, ты кто, милый? За что прости?» Вообще бредятина! Петров лёг на кровать и неожиданно быстро уснул под уличную пальбу.

     Проснувшись, он не стал заходить во «вконтакт». Лежал в кровати и смотрел по телевизору фильм «Один дома». Никаких мыслей в голове не было. Хотелось выпить, но магазины ещё не открылись. Макколей Калкин на экране издевался над двумя старперами, бил их током и поливал краской из ведра. У этого пацана было развлечение в праздник. Петров почесал живот. Он понятия не имел, чем займётся в ближайшие десять дней. На работу не надо. Есть тридцать гигабайт металла и шестьсот гигабайт порнографии на жестком диске. Но за десять дней от всего этого можно свихнуться.

     Вечером Петров зашел во «вконтакт». Лика не появлялась, сообщение не прочитала. Он немного подождал. Открыл её страницу, посмотрел ещё раз фотографии. Парочку сохранил на жесткий диск. Потом выключил компьютер, лег на кровать и снова уставился в телевизор. Смотрел всё подряд, время от времени переключая каналы. Курил сигареты, стряхивая пепел в чашку. Вспомнил, что собирался выпить. Но в магазин не сходил.

     Лика написала спустя неделю. Сообщение было отправлено ночью. А прочитал его Петров на следующее утро. «Привет. Спасибо за поздравление. Всё хорошо, я не злюсь. Извини, что не отвечала, уезжала. Как твои дела?» Петров почувствовал прилив сил. Но ответил по-дурацки: «Дома сижу». И ничего больше в голову не пришло. За эту неделю он выходил два раза, до магазина. Лика вдруг появилась он-лайн и долго что-то писала. Две минуты, три, пять, семь. Петров ждал и кусал нижнюю губу. Сердцу стучало. Он схватил сигареты, и когда прикуривал, от неё пришло неожиданно короткое: «Хочешь, я приеду?»

     «Не шутишь?» - написал Петров и тут же стёр. «Ты серьезно?» - стёр. «С мужем проблем не будет?» - стёр. «Хочу», - и нажал Enter.

     Лика приехала днём. Петров успел немного прибраться, выкинуть окурки из чашек, пепельниц и тарелок и проветрить квартиру.

     - Смотри, никакой жены нет, - сказал Петров.

     - В смысле? – спросила Лика.

     - Ну, ты говорила, что я женат.

     - Разве? Не помню.

     У неё был потерянный вид.

     - Случилось что-то? – спросил Петров.

     Она пожала плечами.

     - Да вроде нет.

     Лика сняла пальто и сапоги, зашла в комнату, стянула через голову оранжевую водолазку, расстегнула и скинула юбку. Спустила колготки и трусы, сняла бюстгальтер и залезла под одеяло. Петров смотрел на всё это из прихожей, замерев. «Может, ей дома спать мешают?» - просвистело в голове.

- Я сейчас, - сказал Петров. – Через три минуты.

Он зашел в ванную, разделся. Вода была едва тёплая. Петров не стал ждать, пока она протечёт и нагреется. Залез под душ и, дрожа, стал тереть себя бруском детского мыла с запахом лаванды.  Подумал, вдруг, что когда выйдет, Лики в комнате не будет.  Всё это окажется бредом и галлюцинацией. Он быстро, не особо тщательно окатился, вытерся не слишком чистым полотенцем, и вышел из ванной. Лика лежала в кровати и внимательно на него смотрела. Петров лёг рядом. Они стали целоваться. Лика обхватила его шею руками. Через пару минут Петров залез на неё.

     - Стой, - сказала Лика. – Возьми презерватив.

     - У меня нет, - прошептал он.

     - В сумочке моей возьми.

     Петров открыл сумочку. Сверху лежала коробочка с презервативами. Он долго не мог разобраться с упаковкой. Потом кое-как справился, изодрав всё в хлам. Торопливо натянул презерватив, лёг на Лику и вошёл. Было странное чувство, будто это происходит не с ним. Никак не получалось сосредоточиться на ощущениях. Лика тихо стонала и гладила ему спину. Потом застонала громче и вцепилась ногтями. Петрова это подстегнуло. Он задвигался быстрее, разогнался. Поцеловал её в шею и прошептал, что любит. Она промолчала. Петров уткнулся в волосы и заскулил, как пёс. Но оргазм был слабый, какой-то притупленный. Он сполз, чувствуя странное опустошение и раздражение. Положил руку ей на грудь, подержал и убрал. Лика вдруг засмеялась. Петров стянул презерватив и кинул под кровать. Они ничего не говорили друг другу, он не заметил, как задремал. И тут Лика спросила:

     - А у тебя есть что-нибудь сладкое?

     В магазине он набрал целую корзину сладостей. Брал всё, что попадалось на глаза. У кассы стояли мужики с бухлом. Петров смутился, подумал, что выглядит рядом с ними, как первоклассник, укравший бабкину пенсию. Он дождался пока они уйдут, и выложил на ленту шоколад, пирожные, конфеты, печенье, халву, мармелад и вафли. Кассирша равнодушно пробила всё это. Петров заметил у неё на руке татуировку, жирную точку, между большим и указательным пальцем.

     Когда он вернулся, Лика уже оделась и даже подкрасилась. Как будто только что пришла, и ничего между ними не было. Она сидела на кровати, без интереса смотрела телевизор. Петров сразу всё понял.

     - Купил тебе сладкого, - сказал он и положил пакет на кровать, рядом с ней.

     - Мне уже надо уходить, - ответила Лика и встала. Вся её нежность и насмешливость куда-то делись.

     - Ты же говорила, три часа в запасе.

     - Надо.

     - Ну, подожди немного.

     - Не могу, надо идти.

     - К мужу? – спросил Петров. Голос вроде не дрогнул.

     - А ты что, осуждаешь?

     - Просто спрашиваю, - пожал плечами Петров.

     Лика тоже пожала плечами. И ответила:

     - Ну, да, к мужу.

     - Нет у тебя мужа.

     - Есть, - сказала она удивленно. – Почему нет-то?

     - Ни фотографий на странице, ничего, пустота, - сказал Петров. – Какой-то воображаемый муж.

     Лика села на кровать, достала из пакета шоколадку «Алёнка», посмотрела и сунула назад.

     - Возьми, это тебе, - сказал Петров и сел рядом.

     Пакет со сладостями лежал между ними.

     - Да я уже не хочу, - сказала Лика. – Это просто накатило что-то. Блажь. Старые привычки.

     - А я думал, ты останешься. – Голос всё же дрогнул. – Ну, там, вместе будем, всякие там отношения…

     Про себя он подумал: Говоришь, как школьник, мудила.

     Захотелось стукнуть себя кулаком в глаз.

     - Прости, не надо было мне приезжать, - сказала Лика. – Да и вообще не надо было это всё начинать.

     - Почему не надо? – спросил он. – Что началось-то вдруг?

     - Это от слабости всё, не смогла себя пересилить. Глупо и тошно. И тебе теперь плохо будет.

     - Расстаемся, то есть?

     Лика встала, взяла сумочку, вытащила презервативы и положила на тумбочку.

     - Подарок? – спросил Петров.

     - Ну, мне они не нужны. А то подумаешь, что я езжу ко всем.

     - Нет. Но муж может увидеть.

     - Не увидит, - сказала Лика.

     - Слепой? Или доверчивый? – Петров чувствовал, что его несёт не туда, но остановиться не мог. Слишком было обидно.

     - Муж инвалид, парализован ниже плеч, - ответила Лика. – Как актер Кристофер Рив. Правда, тот умер уже давно.

     - Какой такой Риф? – пробормотал Петров. – Шутишь, что ли?

     - Ты спросил про мужа, я ответила. Всё. Пора. Мне сиделка звонила, пока тебя не было. Ей надо куда-то уйти срочно.

     - Ты, правда, не шутишь? – сказал Петров.

     - Да какие тут шутки?! Три года назад попал в аварию.

     - Блин. Я это… Ну, серьезно?

     - Правда, прости, - сказала она, надевая пальто. – Не стоило. Ну… Три года мужчины не было! Голову потеряла!

     Лика вышла из квартиры, вызвала лифт, дождалась и, не оглянувшись, шагнула в кабину. Двери закрылись. Петров увидел  рыжую кошку, сидевшую на ступеньках лестницы.

     - Кскскс, - позвал он. – Иди сюда.

     Но кошка не пошла.

 
 


Комментарии (16)     Рецензии (0)

1
 


#3311496 19.05.2017 10:02 NikRed

как будто стоял и смотрел на картину сплошь в серых полутонах

и вдруг появился парализованный до плеч муж

 

#3311501 19.05.2017 10:13 Александр

С удовольствием прочитал - хорошая зарисовка

#3311503 19.05.2017 10:19 Deyzi
Сюжет избитый. Кошка в конце это какой то намёк автора самому себе. Вроде, мысль промелькнула избитость сюжета углубить/ расширить, но тут же махнул рукой. А написанно хорошо, живо
#3311526 19.05.2017 11:56 Forest Vamp
Примерно в середине текста я полностью потерял к нему интерес. Просто какое-то бытописание? Мистика? Порно-хоррор? Пусть для меня это останется тайной.

Офигенский пример: чего стоит легкость повествования без толковой идеи, не говоря уж про оригинальность?.. Ничего не стоит.

 

Читается легче легкого, плавно, даже воздушно, проплывая мимо, не соприкоснувшись с сознанием.

Люблю попытки поиграться с как можно более тяжкими физическими увечьями.. это как детей эксплуатировать или животных – такое умильное заискивание перед читателем..

 

Понятно, что так хотелось изобразить обыкновенное, живущее по соседству, человеческое несчастье, помноженное на внутреннее, изоляционное, одиночество.. только образы вышли деревянные, выпиленные из постсоветских журналов, вяло взаимодействующие в ожидании скорбной развязки.. Даже если абстрагироваться от факта, что всё это исписано-переписано, не айс. Без души.

длинно зато нудно на тему "как я поябалси"

 

#3311610 19.05.2017 15:20 Дед Фекалы4

Годное чтиво. Ибо местами ржал. Очень душевно получилось даже

#3311614 19.05.2017 15:57 bolshoy

анала не было? тогда скучно

#3311615 19.05.2017 15:58 bolshoy

И тут Лика спросила:

     - А у тебя есть что-нибудь сладкое?(с)

 

что-то протупил петров, когда в магазин побежал

это возврат из флешбека, Большой. Фраза повторяется и означает, что экскурс в прошлое закончился и чернобелое меняется на цветное.

 

Больше всего мне понравилось то что кошка не пошла. Вот. даже очень понравилось, но только это.

Вот подумайте, Автор, если весь этот никому не нужный экскурс в прошлое (который я читала через слово так как было скучно)  и чего и как они познакомились убрать вообще, разве что то изменится? вот ничего. останется то, что есть, никому не нужные (это слитно надо было написать?) люди, неловкий секс и даже кошка к ним не пошла. Модно было это красивее засюжетировать.

#3311624 19.05.2017 16:21 bolshoy

ответ на комментарий пользователя Алеся Ранимая : #3311619

 

флешбек флешбеком, но тормозом не надо быть, иначе будешь еще три года ждать - пока тебе предложат отсосать

 

и это, секс не может быть неловким, как не может быть неловким  волк(твой) или леопард, например

не знаю, про неловкий секс могу поспорить (посмотрите израильские кинофильмы почти в каждом  обязательно есть сцена неловкого секса) может он быть неловким или нет, но мне лень.

неловкий секс это когда вроде он был, но вспоминать нечего и даже неловко как то, вспоминать.

вот это то, что в рассказе и описано

bolshoy, 19.05.2017 16:21

и это, секс не может быть неловким, как не может быть неловким  волк(твой) или леопард, например

Неловким может быть не только секс, но и жизнь. О чем собсна тут и речь.

ответ на комментарий пользователя bolshoy : #3311624

аты сексуальный авторитет, да?

насколько всем известно

последней твоей победой было - прижаться к марине в "Кружке"

#3311690 19.05.2017 22:14 bolshoy
для тебя, е бущего правую руку и велосипедную раму, витя, да
#3316015 01.06.2017 09:23 Александр

Новое

1


Чтобы оставлять комментарии вы должны авторизироваться