Литературный конкурс Литературный конкурс
Автор: Мортон

Надежды маленький оркестрик (на конкурс)

 
20.12.2020 Раздел: Конкурс 2020\2021
 

 

 #новогодний_alterlit #Петербург #конкурс_alterlit

Кларнет пробит, труба помята,

Фагот, как старый посох, стёрт.

На барабане швы разлезлись...

А в Петербург пришёл снегопад. Снег крупными хлопьями ложился на мостовые, крыши, шляпки и воротники, вздрагивающие трамвайные рельсы, сугробами оседал в пустых чашах фонтанов и укрывал парковые аллеи. Город затянуло паром котельных и белым снежным туманом. И в этом тумане тихо подкрадывался новый девятьсот первый год.

В маленьком сквере почти в самом центе города, в узле каналов и мостов, стоял механический оркестр. Искусный мастер сработал его в честь окончания очередной русско-турецкой войны, но с тех пор прошло больше десяти лет. Северный ветер с солью и снегом, злое солнце сделали своё дело — некогда бравые солдаты в ярко раскрашенных мундирах, теперь обветшали и утратили выправку. Ещё хуже обстояло дело с их сердцами — сложные тонкие маховики, умеющие играть отличные марши, покрылись ржавчиной и паутиной. Последний раз оркестр заводили в честь новорождённой Великой княжны Татьяны, но уже тогда музыканты больше скрипели, чем играли. А этим летом во славу княжны Марии на ключ в механизме отозвался один только барабанщик.

Он был первым в проекте оркестра. Мастер дал ему самое сильное «сердце», самые прочные струны. Они и сейчас ещё звенели у него в грудной клетке туго натянутые, но теперь на них играл ветер. А какой у него был мундир, латунные сверкающие эполеты, медные пуговицы, яркая эмаль! А барабан? Такого звонкого барабана не слышали больше нигде. Теперь под осыпающейся краской проглядывала алая грунтовка, словно под изорванной шинелью кровоточили раны. Он стоял позади всех своих товарищей, его не было видно зрителям, но хорошо слышно, он задавал темп маршу, под его барабан ложился шаг марширующих полков и падали вражеские знамёна. Но это было давно. Всем его механическим однополчанам достались сердца попроще — после войны денег в казне было немного, и дорогую игрушку сильно удешевили. Барабанщик остался один. Он вздрагивал, когда на сердце у него скреблись мыши, беззвучно плакал вместе с дождём и подставлял руки солнцу, чтобы просохли шарниры. Он не переставал надеяться, что однажды ещё сыграет свой бой.

Снег шёл уже который день, к тридцать первому декабря город совсем замело. Снежинки сверкали в свете ночных фонарей будто звёзды, а по снегу, оставляя затейливый узор следов, танцевала молодая женщина. Она кружилась, ловила снежинки тёплой ладонью, на мгновение вынимая её из меховой муфточки, смеялась и прятала смущённый румянец от своего спутника. Он был куда серьезнее и старше, но её улыбка отражалась в его глазах. Лицо у него было молодое, но виски уже серебрились, а от глаз в стороны лучиками разбегались морщинки. На резвой красавице было платье по последней моде, её спутник кутался в длинную шинель с орденами и эполетами.

Вдруг девушка замерла и оглянулась. Ей почудился странный скрип в минуту назад безмолвной тишине пустынного сквера. И взгляд её упал на сцену с механическим оркестром. Автоматов на улицах больших городов было много — фонарщики, извозчики, даже трубочисты. Никого уже не удивишь железным человечком. Вот только у них не сердца, а тонко настроенные барабаны и струны внутри. Струну заденешь — отзовётся, но стихнет гул и всё забудется.

Красавица медленно шла между рядов музыкантов, смахивая снег с их молчаливых инструментов. И замерла позади всех, перед барабанщиком. Тот стоял, вытянувшись по стойке «смирно», опустив барабанные палочки и задрав облупившийся подбородок, на сколько позволил ржавый шарнир.

- Вольно, солдат, - тихо сказал спутник девушки, подходя ближе. Но барабанщик так и остался стоять навытяжку, сил снова повернуть закоченевшее туловище у него не осталось.

- Лицо такое молодое, но он совсем седой, - сказала девушка и смахнула снежинки с давно потемневших металлических завитков кудрей.

- Седина — большая роскошь. Особенно для тех, кто в мундире, - ответил спутник девушки, чуть склонив собственную посеребрённую голову.

- Я знаю, кто сыграет на нашей свадьбе, - тихо и твёрдо снова откликнулась красавица. И встретившись с взглядом спутника, добавила. - Мой отец погиб в 78-ом. Закрыл собой от пули мальчишку-барабанщика.

- Этот мальчишка теперь, должно быть, тоже уже седой.

- Такую роскошь мой отец ему подарил.

И красавица на мгновение прижала пальцы к губам, а потом коснулась одними подушечками щеки вечно юного седого барабанщика. И на согретом этим прикосновением железе снежинки тут же обращались слезами, а в груди натягивались стальные струны. Он сыграет для этой девушки за всех мальчишек и их седые головы. Искусный мастер хорошо потрудился над сердцем, вложил в него странную память о том, чего не было. Может быть, это и есть душа?

 
 


Комментарии ( 13 )     Рецензии ( 1 )

 


#962 21.12.2020 17:16 MKondratovec
1) Почему эта история могла произойти именно в Петербурге и именно зимой? Почему не в Москве и не летом? Почему Петербург и зима – это обязательные обстоятельства? 2) 1901 год. Электрическое трамвайное движение было открыто в Петербурге в 1907-м. До этого ходили конки и паровые аналоги трамвая. В связи с этим нужно внимательно проверять, насколько использование термина «трамвайный» корректно для 1901 года. 3) Второй абзац начинает рассказывать историю создания механического оркестра, акцентируя внимание на двух исторических деталях. В данном случае это абсолютно излишние подробности, которые ничего не дают ни для понимания сюжета, ни для понимания замысла. Да и вообще история механического оркестра ничего не даёт – важна история барабанщика, потому что он является центральным персонажем. В связи с этим следующий вопрос: 4) Почему нельзя избавиться от всего оркестра, оставив одного барабанщика? Чем именно весь оркестр важен для сюжета? 5) Ночные фонари (судя по всему, действие происходит поздним вечером). Автор вообще представляет себе, как именно освещался город в 1901-м году? 6) Судя по всему, действие происходит в новогоднюю ночь, до заветной полуночи. Автор представляет себе, как именно в такую ночь вели себя жители столицы в центре города? Праздновали они? Или спали? Ответ на этот вопрос поможет понять, как вообще выглядели улицы в этот период и были ли они безлюдны, как в рассказе? 7) «Автоматов на улицах больших городов было много» Ой ли? 8) «Красавица медленно шла между рядов музыкантов» Это ж сколько музыкантов должно быть в этом механическом оркестре, чтобы красавица «медленно шла между рядов»? Сотни? Как в знаменитой Терракотовой армии? 9) «самые прочные струны. Они и сейчас ещё звенели у него в грудной клетке туго натянутые, но теперь на них играл ветер». Грудная клетка раскрыта нараспашку или речь идёт о закрытом корпусе механического музыканта? 10) И вот теперь мы подобрались к главному, что могло бы сделать этот рассказ хорошей историей, но не сделало его. В одной точке собрались 3 персонажа, которых автор попытался объединить неким знанием, неким опытом, неким пониманием. Но у самого барабанщика в бэкграунде нет истории, которая была бы созвучна личным историям других персонажей. Через седину и молодое лицо автор пытается вытащить важный для понимания замысла образ, но образ не вытаскивается, потому что никакой конкретики (кроме седины и моложавости) нет. Резюме: с рассказом можно работать дальше, в нём чувствуется некий нерв; рассказ может тронуть в хорошем смысле слова, но нужно безжалостно очищать текст, проверять фактуру обстоятельств и обстановки, вносить конкретику в сюжет.


Чтобы оставлять рецензии вы должны авторизироваться
 

 

 

 
 
 
 
 
 
Опубликовать произведение       Сделать запись в блоге